ДАНТЕ – ПЕТРАРКА – ТАССО: ТОПОС ПОЭТА-ИЗГНАННИКА

В статье исследуется топос «поэта-изгнаннника», являющийся подвариантом топоса «поэта-страдальца». Особенную популярность он обрел в эпоху романтизма, когда прочно стал частью поэтического языка и элементом самоописания для поэзии. Но корни у него давние. Уже Данте дал этому топосу мотивы моральной стойкости, любви к родине вопреки и поверх ее несправедливого суда, приятия своей судьбы. Петрарка прибавил мотив абсолютной самодостаточности как главного условия поэтической самореализации. Тассо сформировал топос окончательно, придав ему свойства и статус нормативности: поэт в силу своего выбора оказывается обречен на неразрешимый конфликт с социальной действительностью. The article examines the topos of an "exile poet", which is a subvariant of the topos "poet-sufferer". It gained special popularity in the era of Romanticism, when it became firmly part of the poetic language and an element of self-description for poetry. But his roots are long-standing. Already Dante gave this topos motifs of moral fortitude, love of the homeland in spite of and over her unjust court, acceptance of her fate. Petrarch added the motive of absolute self-sufficiency as the main condition for poetic self-realization. Tasso formed topos definitively, giving it the properties and status of normativeness: the poet by his choice is doomed to an unresolvable conflict with social reality.