Xlebnikov et l'imaginisme

B. Хлебников и имажинизм Короткое стихотворение Хлебникова Москва колымага..., написанное в апреле 1920 г., вскоре после шутовского церемониала, во время которого поэт был торжественно «возведен на престол» председателя земного шара С. Есениным и А. Мариенгофом, служит отправной точкой для анализа взаимосвязей между творчеством Хлебникова в 1918-1920 годах и поэтикой школы, провозглашавшей господство образа — имажинизма. Это стихотворение — не столько отзыв на конкретное обстоятельство шутовского посвящения, сколько попытка ввести в поэтику футуристов принципы школы имажинистов, прибегнув к пародии. Так, Хлебникову удается создать поразительный синтез своего собственного метафоризма и имажинизма «глашатаев» образа. Благодаря театральному эффекту введения имен собственных и густой сети звуковых и семантических ассоциаций, стихотворение Хлебникова оголяет и остраняет приемы мастерства имажинистов. Однако пародия настолько удачна, что возникает вопрос о возможном сходстве между техникой поэта-будетлянина и техникой двух защитников образа. Действительно, задолго до встречи в Харькове, Хлебников разработал свою собственную, впрочем весьма сложную, теорию поэтического образа и им были уже написаны произведения, где образ развивался в соответствии со своей внутренней динамикой, создавая тем самым тот «верлибр образа», к которому так стремились сами имажинисты. Итак, органическое развитие его поэтической системы должно было привести Хлебникова к созданию формы образа, способной соперничать с освобожденным и «суверенным» образом имажинистов. Об этом замечательном, но смущающем соединении двух независимых поэтических миров свидетельствует, по-своему, небольшое стихотворение Москвы колымага. . .